Поддержать команду Зеркала
Белорусы на войне
  1. Паспортистка сорвала отпуск семье минчан — МВД пришлось заплатить больше 8000 рублей. Что произошло
  2. «Нас просто списали». Поговорили с директором компании, обслуживающей экраны, на которых появилось обращение Тихановской
  3. «Ни один фильм ужасов не может передать картину, которая открылась нашим глазам». Как в Минске автобус сгорел вместе с пассажирами
  4. За полмесяца боев Россия потеряла уже 15 самолетов, но это ее не смущает. Объясняем почему
  5. В Москве третий день несут цветы к могиле Навального — у кладбища все воскресенье стояла очередь
  6. В разных городах Беларуси заметили северное сияние
  7. Британская разведка назвала среднесуточное количество российских потерь в Украине. Результат ужасающий для Кремля
  8. «Говорят: „Спасите“, а ты понимаешь: перед тобой труп». Поговорили с медиком из полка Калиновского о том, как на фронте спасают раненых
  9. Чиновники вводят очередные изменения по «тунеядству». Что придумали на этот раз
  10. Силовики задержали минчанина за отрицание геноцида белорусского народа
  11. Местами дождь и мокрый снег. Какой будет погода на следующей неделе


В Беларуси на 12 февраля начитывается как минимум 1417 политзаключенных. В реальности же их намного больше. Эти люди сталкиваются со множеством проблем — от ограничений в передачах до трудностей с получением медпомощи. Но есть и менее очевидные вопросы, сопряженные с заключением. Об одном из них мы уже рассказывали — взятые до задержания кредиты, по которым набегают проценты. Но есть как минимум еще две финансовые проблемы, преследующие политзаключенных (как и других осужденных), и о них нечасто говорят, хотя они влияют на финансовое состояние после выхода на пенсию. Расскажем об эти двух трудностях.

Задержанные, во время флешмоба "Революция через социальную сеть", активисты машут руками из камер изолятора временного содержания на Окрестина, в Минске 6 июля 2011 года. Фото: Reuters
Задержанные во время флешмоба «Революция через социальную сеть» активисты машут руками из камер изолятора временного содержания на Окрестина, в Минске 6 июля 2011 года. Снимок иллюстративный. Фото: Reuters

Имена собеседников изменены в целях безопасности. По этой же причине мы не приводим точный размер получаемых пенсий и зарплат на свободе и в колонии, а также места, где они отбывали срок. И благодарим за помощь в подготовке этого материала проект поддержки политзаключенных Politzek.me.

Пенсии в разы ниже, чем на свободе

Виктор оказался за решеткой по политическим мотивам уже будучи пенсионером. Если в обычное время его пенсия была ниже средней по стране — около 600 рублей, то в колонии, где мужчина отбывал срок, из этих выплат еще и отнимали расходы на его содержание — проживание, питание, смену постельного белья, спецодежду и другие траты. После этого на руках у Виктора оставалась сумма в десять раз меньше его пенсии. Но даже это, по его словам, было больше, чем зарплата, которую получали его сокамерники, трудившиеся на местном производстве.

— Отовариваться в магазине можно было раз в месяц, покупал леденцы, чай, иногда консервы, время от времени были консервированные салаты, но очень редко, их мало завозили. Фруктов и овощей там не было. Брал тетради, ручки, иногда меня просили купить сигареты, потому что у людей не было на это денег. Пища в колонии очень скудная, порции маленькие. Все очень теряют в весе, я не исключение, хоть в сравнении с работающими я имел финансовую возможность что-то покупать, — рассказал Виктор.

Как следует из статьи 88 Закона «О пенсионном обеспечении», такие выплаты людям, которые находятся в местах лишения свободы, выплачивают в размере 10% от назначенной суммы. При этом выплата не может быть ниже 20% от минимальной пенсии по возрасту. «В тех случаях, когда размер их пенсии превышает стоимость содержания в местах лишения свободы, выплачивается разница между пенсией и стоимостью содержания, но не менее 10% назначенной пенсии и не менее 20% минимальной пенсии по возрасту в месяц», — говорится в законе.

В феврале минимальная пенсия по возрасту составляет 435,31 рублей.

Но если человеку назначена социальная пенсия, то есть его трудового стажа не хватило на пенсию по возрасту, то на срок отбывания наказания он лишается таких выплат.

А те белорусы, которые находятся в СИЗО, могут столкнуться с проблемой с получением пенсии, как в 2020-м было с подругой семьи Виктора Бабарико Светланой Купреевой. После попадания в СИЗО банк заблокировал ее карточку, на которую приходила пенсия. Вскоре срок действия карточки закончился, и из банка пришло уведомление, что отныне пенсию будут переводить в почтовое отделение. На почте эти деньги никто из родственников Светланы забрать не мог, и когда там накопилась сумма за 6 месяцев, пришло уведомление, что выплаты приостановлены. Причина — никто не обращался за деньгами в течение полугода. Как разрешилась эта история, не известно.

Низкие зарплаты и урезанный стаж

Колонии берут расходы за содержание и с осужденных, занятых на местных производствах. Кроме указанных выше трат на питание и одежду, есть также некие взносы в «фонд колонии» или «фонд отряда». На руках остаются мизерные суммы: хорошо, если это хотя бы 20−25 рублей, временами бывает всего несколько рублей, а порой и копеек. При этом трудятся осужденные нередко по 10−14 часов в день.

Например, на швейном предприятии в гомельской женской колонии осужденные работают шесть дней в неделю и получают 15−20 рублей в месяц. А если не вырабатывают норму, то их ждут дополнительные часы работы без оплаты.

При этом Департамент исполнения наказаний МВД, который по сути владеет сетью предприятий и торговых объектов пенитенциарной системы, скорее всего, зарабатывает на таких производствах неплохие деньги. Ведь товары, в первую очередь мебель, продают потом по конкурентным ценам как на внутреннем рынке, так, скорее всего, и за границей — в первую очередь в России.

Зарплата заключенного, который отработал месячную норму и выполнил необходимый объем, не может быть ниже, чем установленная законом оплата труда за соответствующие работы. Это прописано в Уголовно-исполнительном кодексе. Но нюанс в том, что Трудовым кодексом не установлена нижняя планка по оплате за конкретные работы, а регулируется только минимальная зарплата.

По сути это значит, что заключенным должны платить не меньше установленной государством минималки — сегодня это 626 рублей. Но на практике возникают вопросы с учетом рабочего времени и специально заниженной администрацией производительности заключенных.

В Уголовно-исполнительном кодексе также указано, что в исправительных учреждениях, за исключением исправительных колоний-поселений, на лицевой счет осужденных зачисляется независимо от всех удержаний не менее 25% начисленной заработной платы и иных доходов (для некоторых категорий минимальная планка выплат выше). То есть осужденные по закону должны получать не меньше четверти положенной им зарплаты даже с учетом вычета всех расходов на их содержание.

В этой же статье перечислены все допустимые удержания с зарплаты заключенных. Это расходы на питание, ЖКУ, средства личной гигиены, одежды и обуви. «Стоимость одежды и обуви удерживается в течение срока отбывания наказания до полного ее погашения», — написано в этой статье. Причем эти расходы взимают после того, как с той же зарплаты вычли подоходный налог, взносы в ФСЗН и удержания по исполнительным документам.

Выходит, что в период отбывания наказания работающие осужденные платят взносы в Фонд соцзащиты населения — точно так, как это делают все наемные работники на свободе. Это важный момент для подсчета трудового стажа, необходимого в будущем для получения пенсии.

Но по информации одного из бывших осужденных Владислава, при работе около 14 часов в день и при том, что в неделю рабочих часов выходило от 42 до 56, после освобождения ему засчитали стаж работы такой, будто все время отбывания наказания в колонии он трудился всего на 0,25 ставки.

По мнению правозащитников, это довольно распространенная практика. Юрист правозащитного центра «Весна» Павел Сапелко, ссылаясь на законодательные нормы по оплате труда, о которых мы говорили выше, отмечает:

— Мы же регулярно слышим о том, что осужденные получают за работу после вычета расходов на питание и коммунальные услуги какие-то символические суммы. Это может происходить только через занижение администрацией предприятий при колониях либо отработанного времени, либо показателей выработки, иначе осужденные получали бы не меньше месячной минимальной зарплаты. Большинство осужденных о таком и не мечтают.

Юрист говорит, что раньше, как он видел в расчетных листках, норма времени не занижалась, но «все могло быстро измениться».

Что касается учитываемого трудового стажа, то он также зависит от размера зарплаты и взносов, уплаченных в ФСЗН.

— Если среднемесячный фактический заработок, из которого уплачены обязательные страховые взносы, за календарный год оказался ниже минимальной заработной платы, указанные периоды засчитываются в стаж работы с применением поправочного коэффициента. Он рассчитывается путем деления среднемесячного фактического заработка (дохода) лица на среднеарифметическую величину минимальной заработной платы за соответствующий период уплаты обязательных страховых взносов, — указывает юрист.

Учитывая, что многочисленные свидетельства бывших политзаключенных указывают на то, что на руки они получали мизерные зарплаты, скорее всего, социальные взносы за них также уплачиваются очень низкие. Это сказывается на уменьшении учтенного трудового стажа даже несмотря на то, что по факту эти люди работают много часов.

Любой желающий может оформить подписку на регулярную помощь заключенным и их семьям через платформу Politzek.me.